Первая жертва.
Все  глупости делаются с уверенным видом. Или случайно. Смотри, как я могу… и далее по сюжету с  вариациями.
Когда я позвонил Саше Бондарчуку, было уже около десяти вечера. Две или три недели назад он предложил сделать легкий тест драйв моего «Пасфайндера» в окрестностях Петергофа. Собственно, полазить по грязи меня уговаривать много не надо, но тогда почему-то не срослось, да и машина была только что вымыта. Зато теперь все было отлично- я закончил встречу в Петергофе, машина была после поездки в деревню покрыта ровным налетом грязи, и явно нуждалась в мойке, так-что немного добавки ничего не меняло, и час времени был в моем распоряжении. Я подхватил Сашу у его дома, и мы полезли на Троицкую гору. Троицкая гора, не скажу что на самом деле высокая, но внушительно нависает над Старым Петергофом. Собственно это и не гора даже, а склон плато, обрывающийся к заливу.
Мы бодро поехали вверх по раскисшей и размокшей дороге. Особого беспокойства мероприятие у меня не вызывало- я был однажды на «Икс Трейле» летом на этой горе, да и уже успел поверить в проходимость «Пасфайндера» полазив по грязи только что растаявшего поля в Низино недели три назад, и только что, проделывая колею в полуметровом  снеге к «Середке», деревеньке около  моей дачи.
Был правда один прокол- застревание в снегу около «Туттари парка» восьмого марта, но там все было понятно- метровый снег, наст, сидение на днище и все четыре колеса в воздухе. Та история закончилась относительно благополучно и не банально- в конечном итоге там так или иначе застряло четыре джипа, трактор идущий на помощь, и в общем было весело.
Впрочем,  в этот раз лезть в совсем грязь я и не планировал- летние ботинки, городская одежда и полчаса свободного времени к экспериментам не располагали.
Мы почти сходу взяли подъем на гору- но потом откатились вниз, скользя по размокшей глине как на лыжах. После третьей попытки, с разбегу гора была покорена- машина уверенно, как я и ожидал, шла по умеренной с виду грязи. Спустившись чуть вниз, мы поехали по подобию дороги, вдоль гребня горы, миновали какую-то колдобину с водой, и увидели, что впереди явно кто-то буксовал,  ибо грязь была сильно изрыта колей. Мы остановились, и хотя я посмотрев, предположил что сходу можно там проехать, не решились туда лезть- начало уже темнеть, и непонятно куда потом выведет дорога, а два раза проезжать эту жижу да еще в темноте особого желания не было.  Да еще Саша как он сказал, чувствовал какую-то приближающуюся жопу. И в этом он не ошибся.  Сдавая назад, для разворота, на сухую с виду горку, переднее колесо попало в уже преодоленную колдобину, и… И все. То есть, я конечно предпринял все, что в таких случаях предписывает ритуал- вперед-назад, понижайка, на скорости, медленно- результат всего этого был нулевой- машина только глубже садилась передними колесами, и немного левым бортом. Впрочем, как казалось «на днище» она не села, чем внушала умеренный оптимизм по поводу скорейшего вылезания- но уже понятно,  что с чужой помощью.
Так началось сидение на горе.

Все по сценарию, или как нас второй «Пасфайндер» приехал спасать.

Надо сказать, я как-то даже особо не волновался и особо не суетился- зато бурную деятельность развил господин Бондарчук. После нескольких созвонов, он объявил, что скоро к нам на выручку приедет второй Пасфайндер из Ломоносова, с какими-то друзями Саши. И мы спокойно стали его ждать. Вернее ждал я, а Бондарчук  все звонил- ему очень хотелось дозвониться до одних своих знакомых, у которых  был бронетранспортер. Пасик приехал быстро- он немного заблудился на въезде в гору, и мы его встретили спустившись пониже.
- Тоже Пасик? Понижайки включал? Сейчас посмотрим, давай я сяду, попробую вылезти и так.-
Водитель идущей на помощь машины был молод и слегка самоуверен. Услышав все это, я засомневался в благополучном исходе операции. Указав ему примерное направление где мы застряли, мы побрели следом- в его семиместном салоне было многолюдно, парни, девушки, и даже маленький ребенок- и нам места не нашлось.  
Увы- предчувствия меня не обманули- спасатель застрял, даже не доехав метров тридцать-сорок до меня. Когда  мы подошли, он уже прочно сидел в свежевыкопанной колее – и судя повсему никуда не торопился. То есть попытки торопиться он явно делал, отчего грязь обретала летучесть  и покидала место действия обильными комками, но никуда не двигался.
К моменту нашего прихода обитатели белого пасфайндера как раз начинали вылезать из него, и обживать окрестности, знакомясь с пейзажем и геологическим строением почв Троицкой горы. 

Трактора, домкраты, самовывоз стоянки джипов и «Субару легаси»

Оценив масштаб предстоящих событий и предвидя дальнейшую ситуацию, Саша позвонил еще одному своему приятелю- Максу, и мы пошли за трактором. Участвовать в ритуальных движениях и попытках вытащить машины из грязи смысла не было- ситуация требовала кардинального решения. Прямо под горой находилась база механизации дорожников- и там стояла техника. Туда мы и направились. Пока шли-  а к этому времени мы несколько раз прошли поле сверху донизу, и на опыте убедились в атипичной природе горы. То есть она с одной стороны, с виду,  как-бы всамделишная гора, но, по сути и правде,  это было слегка наклоненное в пространстве настоящее болото. Мы полностью вымочили ноги, и в довершение начался дождь. Я вспоминал как  раз прошлую историю- как сначала в снегу застрял «Дискавери 3», потом я, потом чуть не застрял Уазик, и в конце концов застрял но был самоспасен трактор- и отметил, что и в этот раз ситуация развивается по знакомому сценарию. И, следовательно, если следовать логике и стилю ситуации, трактор который мы найдем, должен доже застрять. И к месту вспомнил старый анекдот про джиперов-

Серия объявлений в джиперской газете.
  Продается  внедорожник Тоуоtа Lаnd Сruisеr 100 выпуска 2005 года в отличном состоянии, подготовленный для дальних экспедиций. Цена - 200 долларов.
 Самовывоз  из N 64° 19, 178 Е 74° 25, 610. Ориентир - торчащая из болота антенна радиостанции. Условие продажи: обязательно потом рассказать, как вы смогли его оттуда достать
Добавление: деньги перечислил, выезжаю на 80 крузаке.
Добавление:  продаются  2 крузака за 400$, точка та же, ориентиры-антенна и шноркель
Добавление: выехал на ниссане патруле, деньги перечислил.
Добавление:  продается  ниссан и два крузака. ориентиры те же.
Добавление: выехал......
Добавление: выехал......
Внимание джиперов:  продается  автостоянка  джипов  на болоте, есть несколько тракторов в довесок, ориентиры те же...

Стоянка механизации встретила нас будкой охраны, в которой пряталась охранница. Мы изложили ей свою просьбу, и она попросила нас постоять и подождать, пока она звонит трактористам.
- Только стойте так, что-бы я вас видела!  Сказала она. А то вчера за тем-же приходили, и пока я тракториста искала, они ушли! – Мы порадовались за то, что мы не одни такие идиоты в относительно  этом куске пространства-времени.
Но тракториста не оказалось- нам сказали приходить к восьми утра, и пообщаться с дневной сменой.
Возвращаясь назад, мы встретили Макса, который поъехал для помощи в организации спасательной операции на своем «Субару Легаси», и поехали вместе с ним на гору, но с другой стороны, из поселка. В принципе, я ратовал за то, что-бы лечь спать, а выкапываться утром- но массы не поддержали голос разума, и общими усилиями была развернута бурная деятельность.
Обзвоны шли по всем фронтам - но безуспешно. Была уже ночь, и никто не рвался выезжать на помощь. Мы съездили за лопатами, по дороге заскочили на сервис, и захватили с собой большой домкрат, которым поднимают колеса, и пару досок. Увы- ничем, кроме напряжения мышц при переноске домкрата эти вещи нам не помогли. Домкрат тонул в глине, и даже когда мы смогли поднять машину, большой ход колес не позволял подсунуть доски. Лопаты тоже были бесполезны- выкопанные ямы немедленно заполнялись водой, и явно не могли служить надежной опорой для колес. Доска вообще оказалась вредна - в какой-тот момент ее с силой бросили в грязь, и брызги от нее накрыли последних относительно сухих и чистых участников событий. К часу ночи, неизбежность ночевки стали понимать все, и вроде уже с ней смирились, но тут кто-то вспомнил, что рядом, находится пожарная часть. Это вселило силы на продолжение банкета, и обеспечило новый поворот сюжета.

МЧС спешит на помощь или Дежавю с несущественными изменениями.

Два часа ночи. Время… Мы подошли к забору пожарной части, и через открытые ворота, проникли внутрь. Пройдя безлюдную площадь, мы увидели полуоткрытую дверь караульного помещения, постучались, и вошли. Длинный коридор  был ярко овещен. Почти все двери открыты или полуоткрыты. Мы долго ходили, громко стуча, и взывая к живым в этом доме. Живых не было. По крайней мере, они не отзывались. Происходящее стало мне слегка напоминать начало какого-то фильма ужасов.  Есть же корабли-призраки, почему не быть дому- призраку? «Летучий пожарный» - хорошо звучит. Вымершая пожарная часть, населенная призраками, которая спешит на  призрачные вызовы, на призрачные пожары… .
Впрочем, мистика развеялась с появлением сначала заспанной  головы, а потом и помятого туловища пожарного. Он весьма любезно для своего состояния полюбопытствовал, что нам тут надо. Мы изложили ему свою просьбу. Поговорите с водителем, посоветовал он, и проводил нас к водителю.
Водитель, как и все в этом доме спал. Мы разбудили его, и изложили свою просьбу еще раз. Спросонья он ничего не понимал толком, но пугающе быстро просыпался. Сказывалась выучка.  Пока мы говорили, он все никак не мог решить, помогать нам, или просто послать, и дальше лечь спать. И  тогда я применил запретный прием. Прикрылся детьми. Рассказал, что в одной из машин сидит женщина с ребенком. Этого натренированное на помощь сердце спасателя уже не выдержало, и он стал быстро собираться, отдав команду на сбор всему экипажу. Часть ожила. Только что сонная и безлюдная, она вдруг наполнилась снующими людьми, споро облачавшимися в свои рабочие комбезы. Вместе с нами в машину село пять человек, и мы поехали на гору.
Перед этим, разглядывая с Сашей пожарную машину, на базе «Урала», ее громадные колеса, массивные мосты, супер высокую посадку, мы рассуждали, что вот это уж точно пройдет везде,  где никакому джипу и не снилось. И теперь, мы ехали в этой громадной машине, и предвкушали, что скоро вызволим всех из глиняного плена.
Три минуты- и мы около горы.  Уверенно рыча, машина полезла вверх. Впрочем, именно что полезла. Раскисшая глина дороги не позволяла развить какую-нибудь приемлимую скорость. А когда мы достигли самого крутого подъема, просто остановилась, скользя на месте.
-Ну вот, теперь мне ее утром еще отмывать, пожаловался пожарный.
Теперь по сценарию должен застрять и трактор, мрачно сказал я Саше. Впрочем, престиж отечественного военостроения в части проходимости еще был высок у нас.
Убедившись, что по разбитой дороге гору не взять, и немного покружив в поисках объезда, «Урал» решил пробраться в лоб, прямо через поле. Мы бодро свернули с дороги, и полезли в гору. Но не долго- на склоне колеса «Урала» заскользили , и стали зарываться в землю. Несколько судорожных попыток выбраться, и мы поняли- случилось невозможное- «Урал» застрял. Пожарные высыпали из наружу, и началась обычная суета, вокруг застрявшей машины- подкопы, вперед- назад, и прочее малополезное действо, совершаемое сегодня на этой горе уже минимум три раза. Впрочем, на сей раз, было и новшество - убедившись, что сидят прочно, они слили воду с машины. Но и это не помогло. О чем-то посовещавшись, один из пожарных отправился куда-то вниз.
- Куда он пошел? Спросили мы. -  За запасной машиной, это наш единственный водитель, ответили огнеборцы.
С горы, удивленные нашим долгим недоездом, подтянулись Олег и компания. Веслелье, шутки, смех- ситуация стала клониться к полному абсурду. И мы стали все вместе ждать вторую машину. А дождь все шел…
Наконец, прибыл еще один «Урал», шестиколесный, и прицепился к первому. Тут возникла  заминка. Водитель то был один. Впрочем, пожарные быстро выделили из своих рядов добровольца, посадили его в первую машину, и нарекли водителем. Тот залез в кабину, и зачем-то спросил- у меня сзади загорелись белые фары? Ему кто-то крикнул толи да, толи нет, но он подумал что да, и удовлетворенно кивнув, исчез в кабине. Надсадно взревев, трехостный «Урал», дернул двухостный, раз, дернул два, и вдруг грузно осел, и стал зарываться колесами в землю. Из кабины первого «Урала» выскочил так и не ставший водителем доброволец, и закричал- ну я же спрашивал, ЗАГОРЕЛИСЬ ЛИ ФАРЫ!!!!
По сценарию трактор должен был застрять, задумчиво сказал я. Но два, это уже перебор. Знаешь что, давай дальше без сценариев, неожиданно резко сказал мне Саша. В его словах мне послышались нотки какого-то недовольства, я бы сказал отголоски суеверного восприятия мира- в конце концов, что такого плохого, что есть сценарий развития событий? Это вносит в мир определенный порядок, а разнообразия все равно хватает- вот сейчас застрял не трактор, например, а «Урал», и не один, а два, так-что сценарий полностью не повторился.
 Пожарные растерянно стояли около своих машин. А ситуация стала накаляться, и еще не дай боже воспламеняться- а вот этого точно не надо, ибо эти две машины (с одним водителем), были единственные исправные в пожарной части. То есть весь огромный район Старого Петергофа, более чем наполовину состоящий из деревянных домов, был полностью беззащитен для стихии огня. Все наличные силы сидели в грязи  Троицкой горы. Я тревожно оглядел окрестности. С горы был хороший обзор. Если что, мы увидим пожар первыми, подумал я. И на всякий случай просмотрел пути отхода. А то мало ли что, как воспримут пожарные такой поворот сюжета. В это время подъехал Макс на своем легковом «Субару легаси», сделал круг вокруг застрявших «Уралов», поднялся в горку, спустился  и бодрый и довольный подъехал к нам.
-«Застряли?» спросил он. Я подумал, что пути отхода могут понадобиться быстрее.
Стало понятно, что даже если пожарные вылезут, нас спасать они не полезут, да и просто не смогут туда проехать. Макс поехал эвакуировать женщин и детей, а мы с Сашей понесли домкрат вниз- от пребывания под машинами надо сказать он не стал чище.
Впрочем,  надо отдать должное  МЧС – где-то через полчаса они выкопали трехостный «Урал», и смогли сдернуть первый «Урал» из грязи.  Впрочем, часть истории с ними на этом не  закончиласмь- во первых, и.о. водителя, который научился включать заднюю передачу, тормоз не освоил, несмотря на явные с ним родственные связи. Во всяком случае, когда трехостник выдернул двухостник из грязи, тот бодро покатился под гору, не сдерживаемый ничем. И выдернувшему, для избежания  более близкого контакта со спасенным, пришлось резво удирать вниз.
Когда наконец пожарные собрались уезжать- не взяв с нас денег, и произнеся прочувственную речь о том, что больше сюда ни ногой, они почему-то решили, ехать сразу на двух машинах. Видимо, сочли, что если и.о. водителя освоил задний ход, и тормоз, то он уже может водить «Урал» нормально.  Однако они ошибались-сев за руль, водитель для разворота применил один из крепко усвоенных им приемов- задний ход. И, уверенно, с полным чувством и расстановкой заехал на место, куда он сам слил три тонны воды часом раньше.  И «Урал» сел прочно и надежно- на все оси. Когда через полчаса попыток выдернуть Урал пожарникам ничего не удалось, я пошел спать

Ангел бездорожья.
Подойдя к машине, я увидел что место нашего заточения, несмотря на уже почти что раннее время, стало местом паломничества местной молодежи, друзей Олега. По крайней мере радом с ним тусовались юноши и девушки,которые вкладывали свою долю бесполезного движения в  попытку стронуть машины с места. Под их разговоры, время от времени включаемый мотор и музыку я сладко уснул.
Утром мы пошли на базу механизации.  Увы. Наши попытки убедить их выделить трактор успехом не увенчались- эти товарищи были опытными- в прошлом году они посадили на горе сразу четыре трактора, и пока не были морально готовы к превышению рекорда.
Пришлось звонить Саше, и просить поискать что-нибудь в интернете.
И он нашел- контору с многообещающим названием-  Ангелы бездорожья.
Через полтора часа подъехал мужик, на корейском внедоророжнике Ссанг йонг. Мы были разочарованы. Можно сказать оскорблены до глубины души. Мы ожидали, что приедет внедорожный монстр, с поднятыми до ушей колесами, обвешанный наклейками и лебедками и все в таком духе. А тут… Впрочем, лебедка у него там все-же была. Мужик не спеша прошел на гору, осмотрел место действия, и уже потом подъехал поближе к машинам. Впрочем, поближе- это метров тридцать, никак не меньше, и ближе он отказался ехать. Вся операция прошла скучно и буднично- от установил свою машину, для надежности подложив под колеса камни, и лебедкой, издалека вытащил Пасфайндер Олега. Олег, обрадованный свободой умчал-его уже давно ждали в военкомате.
Со мной было сложнее- лебедки и ремня спасателя не хватало. Прикрепленный мой трос, «Десятитонник» купленный на заправке, лопнул в трех местах, даже не стронув машину- сначала отлетели крюки, а потом он просто лопнул посередине. Пришлось ехать в джиперский магазин за новыми тросами. Девятитонник, купленный там, прекрасно выдержал всю операцию, по вытягиванию меня из болота. Впрочем, тянуть пришлось долго- летняя резина, смазанная глиной, наотрез отказывалась хоть как-то сцепляться с мокрой травой на любом подъеме. Даже перестав зарываться в землю, Пасфайндер продолжал стоять на месте, беспомощно елозя колесами по траве. Но, наконец я выбрался оттуда, и поблагодарив спасителя, поехал на мойку- такой грязной машина еще ни разу не была- слой песка на капоте достигал четырех см, а пороги напоминали грядку после вскопки.

Кошмар мойщика.
Я в первый раз видел ТАКИЕ глаза мойщика, хотя к словам «Такой грязной машины мы давно не видели» привык. Зайдя внутрь, мойки, мы поинтересовались, сколько стоит мойка кузова и ковриков. Триста пятьдесят рублей! Бодро ответила администратор. В это время в зал ворвался мойщик, и бешено вращая глазами и жестикулируя, призвал администратора посмотреть на «этот передвижной холм грязи». После устроенного консилиума, и небольшого торга, мы сошлись на сумме 1500 рублей за мойку- и, я считаю, они продешевили. Ибо мало того, что после отмывания кузова машины пришлось мыть так-же и весь бокс- стены его покрылись ровным серым слоем брызг, так еще и полностью засорилась канализация, не справлявшаяся с удалением почв.
И только после этого, полностью удовлетворенный, я поехал домой- было уже пять вечера.
Выводы и вводы.
Для себя из произошедшего, я сделал несколько выводов-
1.    Шоссейная резина- говно. Случись что- на холм по траве на ней не подняться, несмотря на все приводы.
2.    Лебедка- это круто! Надо ставить.
3.    В машине нужно возить постоянно сапоги и непромокаемый плащ.
4.    Приключения- это хорошо!
5.    И они продолжаются- я дописал сейчас эту историю, сидя в баре в Росиньяно, и ожидая, пока из яхты выкачают дизельное топливо со случайно залитой туда водой, и мы сможем наконец выйти в море. А то знаете…После вчерашнего для я теперь понимаю, почему пиратов старались занять работой всегда- даже когда корабль ремонтируется. Команда, незанятая в процессе, немедленно разлагается, и представляет опасность для себя и местного неаселения)))

http://vkontakte.ru/note1257960_11619039

С утра сидели,выдавали бюллетени.

 Народ шел активно, и уверенно голосовал. На участке
был один независимый наблюдатель – от Прохорова. 

Все остальные- от Путина (три!) Жириновского и
еще от какой-то газеты, скорее всего
тоже пропутинцы . Вываливаем бюллетени, сейчас будем считать.

Считаем. Путин, к сожалению первый.

Наблюдатель от Прохорова работает-снимает, смотрит, спорит.

Ее работу оценили- протокол об удалении с участка.

Голоса против всех (Или за Явлинского?)

Путин. Большинство.

Серьезное нарушение- голоса уже подсчитаны, а
неиспользованные бюллетени не погашены. Семейный подряд- Председатель комиссии, заместитель
председателя и секретарь- однофамильцы. Совпадение?

Путинские камеры.

Протокол.


http://vkontakte.ru/note1257960_11592778

Рим.
Все время, пока я был в Риме, меня постоянно не покидало
желание сравнивать его с Иерусалимом. Параллели напрашивались сами собой - и
тут и там. И Рим, и Иерусалим - одни из
самых древних городов мира. Оба – действующие центры религиозной жизни. В обеих - не куда ступить, чтобы не вляпаться в очередную древность из учебника истории. Наконец, оба буквально выложены из
известняка - иерусалимского камня в одноименном городе, и какой-то аутентичной
его Итальянской разновидности в Риме- причем и внутри и снаружи. Но - вот
парадокс. В Иерусалиме меня не покидало ощущение живой, бьющей через край жизни
и силы. Не побоюсь этого слова, живой сакральности. Древность, казалось, жива и
имеет неразрывную связь с настоящим. Легко можно было представить, что мистерия
Христа развернется вот прямо сейчас, за углом. С участием вот всех этих
колоритных персонажей, снующих и тут и там. В Риме- в Риме такого не было и в
помине. Все эти Колизеи, 

Форумы, 

Палантины - казались ровно тем, чеми были в действительности - древними
развалинами. А жители, которые сейчас населяют город построенный вокруг них -
поздними пришельцами, не имеющими ничего общего кроме места действия с древним
население этих мест.
Архитектура.
Италия - до невозможности красива. В первую очередь своей
архитектурой. Причем для жителя Петербурга ее красота особенно понятна - люди, привыкшие
к копии, лучше других смогут понять совершенство оригинала.

 Особенно это заметно во Флоренции- откуда родом многие архитекторы, строившие Петербург.

 И в Риме, и в Пизе, и во Флоренции мы так и не видели ни одного уродливого или проходного здания- все в своем роде шедевры, все вписаны в ландшафт.
Конечно, мы не изучили эти города досконально, но такое впечатление, что они целиком состоят
из «исторического центра» - ничего близко подобного ужасным «спальным районам» России мы не увидели даже издали.


Парковка.
Итальянцы забивают любую щель где можно парковаться своими машинами. Там,
где не влезают обычные машины, влезают многочисленные итальянские
миниавтомобили. 

Такого их обилия я не видел больше нигде. Это практично - такой
автомобиль паркуется даже задом. 

Там, где не влезают миниавтомобили - место скутеров и мотоциклов. 

Их еще больше чем минимобилей. Итальянские улицы особенно
по утрам, напоминают фестиваль байкеров - настолько много там мотоциклов,
снующих туда-сюда,  и проникающих в любое пространство между машинами.
Впрочем, в отличие от байкерских поездок, где пышноформные валькирии в основном сидят сзади, обнимая мужественных и кожанных мужиков, с непременной бородой и пивным животиком, итальянские синьорины
бойко рулят сами. Но все это еще можно понять. Сложнее оказалось принять
другое. Я сразу обратил внимание, что многие машины стоят ну совсем тесно, и
выехать нормально зажатые соседями просто не смогут. Как же они выезжают? Все стало ясно, когда я увидел, КАК паркуются итальянцы.
Подъехал при мне дедок, и принялся втискиваться в щель. Бум!
Передний бампер уперся в впереди стоящую машину. Ага! Понял дедок. Надо назад.
Бум! Уперся в заднюю. Итальиано парктроник)) Втиснулся. И вы таки думаете, чтотут приехали местные полицаи, или дедок на крайняк принялся оформлять ДТП сам, по упрощенной процедуре? Фиг вам! Синьор
спокойно закрыл машину, и отправился по своим делам. Я задумчиво осмотрел
бамперы соседних машин. Найти девственно целые мне так и не удалось. Все они в
той или иной степени несли на себе отпечаток особенностей Итальянской парковки.

Автострады.
Итальянские автострады- идеальны.

 Мы проехали по Италии
около 800 км, итолько однажды на
протяжении километров десяти, дорога была без разделительной полосы. На
автострадах каждые два- три километра выделены специальные полосы или места
отдыха для остановки.

 На автострадах я не встретил ни одной ямы- ну это и так
понятно.

Там, где зимует
весна.
Я не знаю всегда ли так, или только в этом году - но в
начале января, когда мы были в Италии,  все напоминало весну в России. Конец апреля - начало мая.

 Самый любимый для меня период. И воздух, наполненный влажной и приятной свежестью, и трава,
нежной зеленью робко пробивающаяся к нежаркому еще с солнцу, и само солнце, освещающее землю не с высоты
летнего величия, жаркое и яростное, а нежное и деликатное солнце Весны. И птицы, наши птицы, зимующие тут и летающие с места на место привычными нам косяками.

 Может, в таких местах вместе с нашими птицами зимует и северная весна?

Фиаско в Пизе.
В Пизе я потерпел фиаско в области, в которой поражений не
люблю. В еде. Зайдя в ресторан, я, привычный к рахитичным европейским (Россия в
этом смысле полноправная и неотъемлимая часть Европы) порциям, и не понимая
ничего в итальянском меню, заказал «Big Meat» Официантка пыталась меня несколько раз переспрашивать
действительно ли мне нужен именно«Биг»?
Но я был непреклонен. БИГ! Только БИГ! И ничего, кроме «БИГ!» И они принесли
его.

 Я сразу понял, что это конец. ТАКОЙ кусок мяса, я съесть не смогу. За раз
точно. И за два - скорее всего. Официантка злорадно (или приветливо? В такой
ситуации сразу не разберешь) улыбалась. И если бы мясо было пережарено или
засушено или просто так себе – у меня було бы моральное оправдание - но нет.
Стейк былвкусен, в меру приправ, и ровно в моей любимой степени
прожарки (сверху слегка запечен, что-бы не выпустить сок, а внутри почти сырое мясо и кровь, мечта вампира). Я не люблю пасовать перед трудностями, но покориться неизбежности - это не сдаться. Это
точно про этот случай. Съев едва треть куска мяса, остальное попросил завернуть
с собой.
Памятник выпендрежу.
Пизанцы славились своим выпендрежем с дремучих веков.
Например, их знаменитая башня, собор и еще несколько зданий, были намеренно с
целью приколоться над соседями построены ВНЕ городских стен. Дескать, мы
настолько сильны, смелы и горды, и вообще настолько настоящие Пизанцы, что не
боимся никого, и назло вам построим самые крутые дома без защиты.

 Первый
проектант знаменитой башни, наверное, тоже решил немного выпендриться, причем над
законами природы, и заложил слишком маленький фундамент. Однако природа в
отличии от соседей, не была столь милосердна, и выпендрежа не простила- башня
стала заваливаться, что горе строители поняли через десять лет стройки, и в
испуге ее прекратили. Впрочем, пизантизм вкупе с упрямствомиз этого города так и не выветрился, и ее
целых два раза начинали достраивать, видели, что она падает, прекращали а потом
снова продолжали. Единственное, что ее так и не достроили до конца- по
первоначальному проекту ее высота была 98 метров. Впрочем, еще не вечер, и кто
знает, может в Пизе снова восторжествует выпендреж, и ее достроят? Тем более,
что хитроумные ученые, сейчас вроде не только смогли остановить падение, но
даже слегка выпрямили башню.

Но детей на нее на всякий случай все равно не пускают.

http://vkontakte.ru/note1257960_11557829

Притих Эдем… Адаму снится сон –
Как будто он во множестве рождений
На мириады жизней разделен,
У всех свой путь и море искушений.
И обрела невидимая плоть
И естество, и немощность, и силу.
И время – чтобы все перемолоть,
И плату за рождение – могилу.
И тварность мысли, и забвенье сна,
Грех, как позор, как воскресенье – славу.
И тягу к вышним, и порочность дна,
Весну и осень, посох и державу.
В Эдеме – зелень, полдень, тишина –
Не знает он знамений и времен.
Лишь бурно грудь вздымается одна…
Эдем затих… Адаму снится сон…

Сотниченко Андрей

http://vkontakte.ru/note1257960_11500431


Зарплаты есть, а денег нету. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО.
Ползем назад, в страну Советов. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО.
Живем мы в самом светлом гетто. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО.
Шлю Ходорковскому приветы. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО.
Власть потеряла совесть где-то. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО.
У нас был президент с планшетом. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО.
Аллах Рамзану шлет монету. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО.
Вернулся Брежнев с того света. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО.
Вот террориста мочат где-то. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО.
Сияет солнце, крутятся планеты. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО (это стих от представителя «Наших» Кристины Потупчик).
Моей страны сильнее нету. #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО.
Жулья, воров почти уж нету! #СПАСИБОПУТИНУЗАЭТО.
( Читать дальше... )

http://vkontakte.ru/note1257960_11393418

Ночь на Ивана Купала.

В словах есть  изначальная тайна. Затасканные и затертые повседневностью, они теряют её, но иногда она  вырывается наружу. «Ночь на Ивана Купала» - сколько всего связанного с этим праздником, закреплено в памяти генов, и перешло к нам от предков. Даже у современного городского жителя невольно сильнее бьется сердце, и возникает сладкое предчувствие запретного события. Глубоко в нашем подсознании сидят древние обычаи и мистерии!  Казалось, чем может взволновать изнеженного цивилизацией, оторванного от реальности и природы человека, языческий праздник торжества Жизни, Лета, Любви? Какое отношение к его повседневной реальности имеет расцвет природы, дыхание коей в городе почти убито, и напоминает о себе только тополиным пухом, снегами да дождями? Праздник, все очарование которого можно постичь только в благоухающие деревенские ночи. Праздник, языческое буйство которого не смогли удушить сотни лет ханжеского христианства?
( Читать дальше... )

http://vkontakte.ru/note1257960_11155140

 Над водой клубился легкий  туман, невесомая дымка, неощутимыми порывами ветерка  собираемая  в фантастические фигуры. Сквозь этот туман, доносились звуки   ночной жизни озера - какие-то плески, бултыхание, чей-то смех и неразборчивый говор на другом берегу. Северное солнце, поборовшее темноту, окрасило  небо в нежнейшие краски и оттенки  красно-желтого цвета, переходящего в приглушенные серые  тона – единственное, что напоминало о ночи.  Все в природе было полно и напряжением, и покоем - и в этом слиянии была глубинная гармония.
Пахли травы. Не так, как днем, ярко и хищно, а деликатно,  нежно и приглушенно, но вместе с тем сильней, и душистей.  Неведомая птаха продолжала петь песнь любви в кустах у воды. Ничто не нарушало спокойствия и красоты природы.  Исчезли даже комары, эти вечные северные вампиры.
( Читать дальше... )

http://vkontakte.ru/note1257960_11155131

Аргентинцы из Шлюмберже.
В мире есть несколько так называемых сервисных компаний, готовых выполнять различные работы для нефтяных компаний и правительств – от бурения и обслуживания скважин, до, как например, «Halliburton» содержания частных армий. Для этого они набирают по всему миру специалистов, и щедро оплачивают их труд. Впрочем, щедрость этих компаний какая-то странная – труд они оплачивают по «локациям», то есть группам стран, более или менее равных по уровню жизни – по  мнению этих компаний, разумеется. При этом оплата за одну и ту-же работу, для разных локаций может различаться в четыре - пять раз. Не знаю как в других компаниях, но в Schlumberger в описываемые годы, Россияне, отнесенные к одной локации вместе с таджиками и узбеками, находились в самой низко оплачиваемой категории. Причем, поскольку геологическое образование и опыт русских очень ценились, на работу их брали более чем охотно.
Но –куда уж акулам международного сервиса до смекалки русских, в борьбе за свои права? Вернее за деньги. Выход, который нашли русские, был гениален, и никак не укладывался в мозгах западных менеджеров, и в порожденных этими мозгами инструкциях и правилах. Наши придумали гениальную комбинацию – Задорнов бы позавидовал.
( Читать дальше... )

http://vkontakte.ru/note1257960_11099445

Убили негра.
В конце концов, Джерри вынужден был покинуть Россию – пребывание в этой стране определенно становилось для него опасно. И еще неизвестно, смог ли он в своей родной Намибии оправиться от всех тягот постигших его неподготовленный организм.
Даже удивительно, насколько быстро сдают, внешне  здоровые, и физически развитые представители Африканских народов, попавшие в нашу действительность. С Джерри мы познакомились осенью, когда он только что поступил в Университет и поселился в легендарной общаге в Петергофе, на улице Халтурина.
( Читать дальше... )

http://vkontakte.ru/note1257960_11076094


1. Развлечения, придуманные людьми, как бы они при этом ни извращались – всего лишь жалкие потуги забыться, не выходя за пределы порочного круга – питаться, чтобы жить и жить, чтобы питаться. Нет ничего страшнее

2. Наше предназначение в этом мире – учиться ради открытия новых непостижимых миров. Непознанным мирам нет числа и все они – здесь, перед нами. Мы еще только в самом начале пути

3. Всё, окружающее нас, является непостижимой тайной. Мы должны пытаться раскрыть эту тайну, даже не надеясь добиться этого

4. Мир необъятен. Мы никогда не разгадаем его тайну. Поэтому мы должны принимать его таким, какой он есть – чудесной загадкой

5. Вместо того чтобы посвятить себя миру, человек растрачивает себя на дела

6. Каждый идет своим путем. Но все дороги все равно идут в никуда. Значит, весь смысл в самой дороге, как по ней идти... Если идешь с удовольствием, значит, это твоя дорога. Если тебе плохо – в любой момент можешь сойти с нее, как бы далеко ни зашел. И это будет правильно

7. Ничто не дается даром в этом мире, и приобретение знания – труднейшая из всех задач, с какими человек может столкнуться. Человек идет к знанию так же, как он идет на войну – полностью пробужденный, полный страха, благоговения и безусловной решимости. Любое отступление от этого правила – роковая ошибка

8. Вещи, которые делают люди, не могут быть более важными, чем мир. Поэтому воин относится к миру, как к бесконечной тайне, а к тому, что делают люди – как к бесконечной глупости

9. Большая степень отрешенности и самоконтроля в разных ситуациях – такое состояние называется состоянием воина. Каждый поступок следует совершать в настроении воина. В жизни, в которой не хватает настроения воина, отсутствует сила

10. Воин – это тот, кто ищет свободу. Печаль и другие эмоции – это не свобода

11. Только воин выживает на пути знания. В образе жизни воина кроется сила. Именно она позволяет ему жить лучшей жизнью

12. Воин должен быть гибким, чувствовать себя легко в любой ситуации, в какой бы он ни оказался

13. Воин ни на что не жалуется и ни о чем не сожалеет

14. В жизни воина нет жалости к себе. Жалость к себе несовместима с силой

15. Воин тем и отличается от обычного человека, что он всё принимает как вызов, тогда как обычный человек принимает всё как благословение или проклятие. Жизнь воина – бесконечный вызов, а вызовы не могут быть плохими или хорошими. Вызовы – это просто вызовы

16. Воин не может быть ни беспомощным, ни испуганным ни при каких обстоятельствах. У воина есть время только для безупречности. Всё остальное истощает его силу. Безупречность восполняет ее

17. Безупречность – это делать лучшее во всем, во что ты вовлечен. Ключом к безупречности является чувство времени. Когда чувствуешь и действуешь как бессмертное существо, ты не безупречен

18. В мире воина всё зависит от личной силы, а личная сила зависит от безупречности

19. То, что определяет наш путь, называется личной силой. Личность человека – это суммарный объём его личной силы. И только этим суммарным объёмом определяется то, как он живёт и как умирает

20. Воин не испытывает сочувствия ни к кому. Испытывать сочувствие – означает желать, чтобы другой человек был похож на тебя, был в твоей шкуре. Самая трудная вещь для воина – предоставить других самим себе. Безупречный воин предоставляет других самим себе и поддерживает их в том, что для них важнее всего. Только маг, который видит и является бесформенным, может позволить себе помогать кому-то. Каждое наше усилие помочь фактически является произвольным актом, руководимым исключительно нашим своекорыстием

21. Смирение воина и смирение нищего – разные вещи. Воин ни перед кем не опускает голову, но в то же время он никому не позволит опустить голову перед ним. Нищий, напротив, падает на колени и шляпой метет пол перед тем, кого считает выше себя. Но тут же требует, чтобы те, кто ниже него, мели пол перед ним

22. Воин сомневается и размышляет до того, как принимает решение. Но когда оно принято, он действует, не отвлекаясь на сомнения, опасения и размышления. Впереди – еще миллионы решений, каждое из которых еще ждет своего часа. Это путь воина

23. Когда воина начинают одолевать сомнения и страхи, он думает о своей смерти. Идея смерти – единственное, что способно закалить дух

24. Чтобы смеяться – нужно смотреть. Всё, что есть в мире смешного, можно уловить только тогда, когда смотришь. Когда же человек видит, всё настолько равнозначно, что ничего смешного не может быть

25. Научившись видеть, человек обнаруживает, что одинок в мире. Больше нет никого и ничего, кроме контролируемой глупости

26. Наши глаза смотрят, поэтому мы можем смеяться, плакать, веселиться, печалиться или радоваться. Лично мне не нравится быть печальным. Поэтому, когда приходится сталкиваться с чем-то, что вызывает печаль, я смещаю глаза и начинаю видеть, вместо того, чтобы смотреть. Но, если попадается что-то забавное, я предпочитаю смотреть и смеяться

27. Видение доступно лишь безупречному воину

28. Став воином, человек может пойти дальше. Человек может научиться видеть, ему не нужно больше быть ни воином, ни магом. Став видящим, человек становится всем, сделавшись ничем. Он может заполучить всё, что только пожелает и достичь всего, к чему бы ни устремился. Но он не желает ничего и вместо того, чтобы забавляться людьми, как безмозглыми игрушками, он растворяется среди них, разделяя их глупость. Разница лишь в том, что он контролирует свою глупость, а обычный человек – нет

29. Став видящим, человек теряет интерес к своим близким. Видение позволяет ему отрешиться от всего, что он знал раньше. Это не страшно. Страшно должно быть оттого, что впереди у тебя нет ничего, кроме рутинного повторения одних и тех же действий в течение всей жизни

30. Чтобы стать человеком знания, нужно быть воином, а не ноющим ребенком. Бороться, не сдаваясь, не жалуясь, не отступая, бороться до тех пор, пока не увидишь. И всё это лишь для того, чтобы понять, что в мире нет ничего, что имело бы значение

31. У человека знания нет ни чести, ни достоинства, ни семьи, ни родины. Есть только жизнь, которую нужно прожить. В таких условиях контролируемая глупость – единственное, что может связывать его с близкими. И взглянув на него, любой увидит обычного человека, живущего так же, как и все. Разница лишь в том, что глупость его жизни находится под контролем

32. Страх – первый неизбежный враг, которого человек должен победить на пути к знанию

33. Весь фокус в том, на что ориентироваться. Каждый из нас сам делает себя либо несчастным, либо сильным. Объем работы, необходимой и в первом, и во втором случае, - один и тот же

34. Фиксация на нашем собственном образе делает нас слепыми ко всему остальному. Нам могли бы быть открыты в восприятии величайшие откровения – мы не увидели бы их в своем самоослеплении или приняли бы их за продукт нашего собственного гения. Наше самолюбование вводит нас в заблуждение. Таким образом мы грабим самих себя, грабим наши исходные возможности, даже не зная об этом

35. Чувство собственной важности делает человека безнадежным: тяжелым, неуклюжим и пустым. Человек знания должен быть легким и текучим

36. Бедность, нужда – это только мысли. То же касается ненависти, голода, боли. Понимание этого – единственное, что позволяет нам противостоять силам жизни. Без него мы – мусор, пыль на ветру

37. Чтобы стать воином, человек прежде всего должен полностью осознать свою собственную смерть. Но простое беспокойство в связи с возможностью умереть ничего не дает. Поэтому необходима отрешенность. Тогда идея неизбежности смерти становится безразличной. Только мысль о смерти может дать человеку отрешенность, достаточную для того, чтобы принуждать себя к чему бы то ни было. Но это – не страстная жажда, а молчаливая страсть, которую воин испытывает к жизни и ко всему, что в ней есть. Он знает, что смерть следует за ним по пятам и не даст ни за что зацепиться, поэтому он пробует всё, ни к чему не привязываясь

38. Смерть - наш вечный попутчик. Она всегда находится слева от нас на расстоянии вытянутой руки, и смерть - единственный мудрый советчик, который всегда есть у воина. Каждый раз, когда воин чувствует, что всё складывается из рук вон плохо и он на грани полного краха, он оборачивается налево и спрашивает у своей смерти, так ли это. И его смерть отвечает, что он ошибается и что кроме ее прикосновения нет ничего, что действительно имело бы значение. Его смерть говорит: "Но я же еще не коснулась тебя!"

39. Смерть находится везде. Она может принять вид зажженных фар машины, которая въезжает на холм позади нас. Она может оставаться видимой некоторое время, а потом исчезнуть в темноте, как если бы она покинула нас на время, но она опять появляется на следующем холме, чтобы потом исчезнуть вновь. Это огни на голове смерти. Она надевает их наподобие шляпы, прежде чем пуститься в галоп. Эти огни она зажгла, бросившись в погоню за нами. Смерть неуклонно преследует нас, и с каждой секундой она все ближе и ближе. Смерть никогда не останавливается. Просто иногда она гасит огни. Но это ничего не меняет

40. Воин всегда живет бок о бок со смертью. Воин знает, что смерть – всегда рядом, и из этого знания черпает мужество для встречи с чем угодно. Смерть – худшее из всего, что может с нами случиться. Но поскольку смерть – наша судьба и она неизбежна, мы - свободны. Тому, кто все потерял, нечего бояться

41. С осознанием своей смерти, своей отрешенностью   и  силой своих решений воин размечает свою жизнь стратегическим образом

42. Отрешенный воин знает, что невозможно отвести смерть  и  что у  него   есть  только одна поддержка – сила  его  решений.  Он  должен  быть  мастером своего выбора.  Он  должен полностью понимать, что  он  сам целиком отвечает за свой выбор  и  что если  он  однажды сделал  его , то у  него  нет больше времени для сожалений или упреков в свой адрес.  Его  решения окончательны просто потому, что  его  смерть не дает  ему  времени привязаться к чему-либо

43. Человек должен осознать, что смерть охотится за каждым из нас, что она всегда рядом. Человек должен обратиться к смерти за советом, чтобы избавиться от бездарной мелочности, свойственной людям. С точки зрения неотступности смерти, раздражение  и  все страхи становятся бессмысленной ерундой

44. Смерть в любое время может похлопать тебя по плечу, так что в действительности у тебя нет времени на вздорные мысли  и  настроения. Ты не можешь оставлять места для сомнений  и  сожалений

45. Когда ты в нетерпении или раздражен – оглянись налево  и  спроси совета у своей смерти. Масса мелочной шелухи мигом отлетит прочь, если смерть подаст тебе знак, или если краем глаза ты уловишь ее движение, или просто почувствуешь, что твой попутчик - всегда рядом  и  все время внимательно за тобой наблюдает

46. Когда воина начинают одолевать сомнения  и  страхи,  он  думает о своей смерти. Мысль о смерти - единственное, что способно закалить наш дух

47. Только мысль о смерти может дать человеку отрешенность, достаточную для того, чтобы принуждать себя к чему бы то ни  было , равно как  и  для того, чтобы ни от чего не отказываться

48. Лишь бессмертный человек может себе позволить отменять свои решения, сожалеть о том, что  он  их принял  и  в них сомневаться. У нас  есть  время лишь на то, чтобы принимать решения

49. В мире, где за каждым охотится смерть, не может  быть  маленьких или больших решений. Здесь  есть  лишь решения, которые мы принимаем перед лицом своей неминуемой смерти

50. Пустая трата времени – жить, чтобы питаться  и  питаться, чтобы жить –  и  так до самой смерти

51. Воин не должен поддаваться ничему, даже собственной смерти

52. Воин относится ко всему с уважением.  Он  не идет напролом без необходимости. Воин ни у кого не идет на поводу,  он  сам по себе  и  всегда недоступен. Вовлекаясь во что-то,  он  всегда осознает, что делает.  Он  обрел контроль над своей слабостью  и  не потакает ей

53. Для воина не существует ничего вне контроля

54. Воин всю жизнь отрабатывает стратегию.  Он  сводит к минимуму возможность возникновения непредвиденных ситуаций. Того, что люди называют случайностями, можно избежать. Обычно такое происходит с дураками, вся жизнь которых – сплошное разгильдяйство

55. Воин никогда не бездельничает, но никогда  и  не торопится



http://vkontakte.ru/note1257960_11063228